Варежки-шептунчики и песни казачьего рода: история мастерицы из Менделеевска

Наталья Куприянова — хранительница семейных ремёсел, чьи руки творят настоящую магию.

В рамках проекта «Сделано в Менделеевске: история народных талантов и умельцев» наш корреспондент Анжела Малюга расскажет о женщине, для которой вязание стало не просто хобби, а тихой исповедью, а песня — спасением. Её варежки согревают теплом традиций, а голос звучит на международных конкурсах. В этой истории — судьба, переплетённая из ниток, бисера и казачьих напевов.

Семейный ковчег: от маминой шали до папиных галстуков

Наталья Куприянова (в девичестве Корнилова) родилась в Елабуге — всего в 25 км от Менделеевска, ставшего её судьбой. Творчество вошло в жизнь не случайно: за плечами — целая династия умельцев.

— Моя мама виртуозно владела крючком, вязала пуховые шали, платки и варежки. Её сёстры и мать тоже пряли и вязали — в их хозяйстве были пуховые козы. Отец же был рыбаком и настоящим художником по макраме: плёл бредни и даже галстуки из нитей сутажа. «Селёдочка» — такой фасон был у этих мужских галстуков, — вспоминает Наталья.

А ещё её папа обладал каллиграфическим почерком и окончил библиотечный факультет. Мама родом из Саратовской области, и вся её семья жила рукоделием. Можно сказать, Наталья выросла в настоящем коконе из ниток, узоров и песен.

Как рождаются мастера: первая кофта и заказ от соседа

В детстве Наталья часами наблюдала за маминой работой. А однажды подружка позвала в Дом пионеров — в кружок вязания. Там освоила крючок, а спицами уже умела вязать лицевые и изнаночные петли. Начала с узоров, а затем перешла на плечевые изделия.

— Самое первое своё творение — розовую кофту, связанную английской резинкой — я создала в седьмом классе и носила её с огромной любовью. А вот первый серьёзный заказ получила на втором курсе Культпросветучилища в Елабуге (училась на оркестровом отделении). Сосед попросил связать джемпер — и носил его долго и бережно.
Когда в 1983 году от первого брака родился сын Денис, я уехала на Урал и там начала вязать уже для детей. Комбинезончики, носочки, варежки, пальтишки и костюмчики — всё было непокупным, созданным с любовью и желанием, чтобы ребёнок выглядел красиво. Мне хотелось не просто «как бабушки», а с жаккардом, с изюминкой. В те годы детский трикотаж был редкостью, поэтому мои дети росли одетыми с головы до ног в рукотворное тепло.

Печаль, превратившаяся в песню

В Менделеевск переехала в марте 1988 года. Устроилась на работу, параллельно занималась творчеством, ходила петь во Доврец культуры имени С. Гассара. В 1992 году вышла замуж во второй раз, родились дочери Елена и Ольга.
Но жизнь нанесла тяжёлый удар. В 2003 году погибла дочь Елена.

— Это случилось, когда работала директором Райкиносети. Депрессия накрыла с головой, я уволилась и надолго замолчала. Перестала выходить на сцену. Но мой супруг Александр Николаевич (мы вместе уже 34 года) сказал однажды: «Пой». И я снова запела, — поделилась сокровенным героиня статьи.
Сейчас младшая дочь Ольга живёт в Санкт-Петербурге, а сын Денис — в Елабуге, радуют две чудесные внучки. Старшая идёт в первый класс, младшей в июле исполнится три года.

Сцена как отдушина

— Я окончила музыкальную школу по классу домры, но мечтала стать дирижёром, «Вероникой Дударовой № 2» — руководить оркестром народных инструментов. Судьба сложилась иначе, но пение осталось со мной навсегда. Мне часто говорили: «Тебе надо в Гнесинку, — улыбается Наталья. — Несколько лет назад меня пригласили солисткой в хор „Бундюжские напевы“ под руководством Ангели Гарифовны. Сейчас выступаю на концетах, фестивалях, конкурсах. Побывала в Абхазии, Осетии, даже в Китае. Ежегодно езжу в Байтеряково на Покров Пресвятой Богородицы. Люблю русскую народную песню, казачий распев, классику и даже шансон. Вика Цыганова — особая любовь. Муж поддерживает меня, и вот уже шесть лет я снова на сцене, — отметила Наталья Куприянова.

„Прародительница всех варежек“: магия латвийского узора

Но главная любовь — это вязание. Особенно — варежки. Наталья создаёт не просто вещи, а обереги.

— Есть у меня модель, которую называю „прародительницей всех варежек“. Это латвийский узор. В нём собраны все женские символы: звезда Мары (знак чистоты, трудолюбия и любви). Я расшиваю её бисером и вяжу исключительно в голубом с белым цвете. Украшать стала сама — кто-то заказывает для Снегурочки, кто-то для души. Ещё одна любимая схема — от японского мастера. Каждый раз варежки получаются разными, неповторимыми. Я называю их „волшебными“: загадай желание в Новый год, надень их — и оно сбудется.

Все мои варежки связаны анатомическим пальчиком. Это не классический разрез, а плавное расширение: нет дырочек, они не топорщатся, идеально лежат в руке и очень тёплые, — подчеркнула она.

Наталья Куприянова черпает узоры из старинных журналов, книг и интернета:
— Люблю реплики древних орнаментов: коми-пермяцкие, норвежские, латышские, кельтские. Один и тот же рисунок в разном цвете смотрится совершенно иначе. На одну пару уходит от пяти дней и больше кропотливой работы.

Шептунчики на удачу

Отдельная история — носки-шептунчики. Это крошечные изделия на тоненьких спицах, с обережными узорами для малышей. Их можно повесить на сумочку, рюкзачок или даже в машину. Но главное — ритуал.

— Когда дарите, шепчете пожелание. В одну варежку кладётся зёрнышко, в другую — монетка. С пожеланиями богатства и удачи, — сказала Наталья.

Также рукодельница любит вязать крючком и игрушки — мишек, зайцев. Это оттачивает мастерство.

Тепло для бойцов и детей

— Вяжу для ребят, которые сейчас находятся в зоне проведения специальной военной операции, чтобы ножки были в тепле. Вязала двупалые варежки, чтобы удобно было браться за оружие. Детям в Луганскую область отправляла шапочки, носочки“.

Семья как главная опора

Во всём Наталью поддерживает семья.

— Любимый супруг, дети и внучки — главные зрители и критики. Глядя на них, понимаешь: настоящее ремесло всегда живёт. Оно переходит из рук в руки, из поколения в поколение. От маминой шали — к моим варежкам-шептунчикам, от папиного макраме — к песням на большой сцене. Жизнь соткана из мелочей. И если эти мелочи сделаны с душой — они становятся вечностью, — подытожила Наталья Куприянова.